Музыкальная соцсеть "На Завалинке".

Пожалуйста, войдите на сайт или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии к публикациям и выставлять оценки.

На завалинке

805
7
Ссылка на пост
На съёмках фильма "Сказ про то, как царь Пётр арапа женил"

 

Марк Цыбульский 


        Фильм режиссёра Александра Митты, в котором Владимир Высоцкий сыграл главную роль, стал, как мне кажется, одним из наибольших разочарований в его творческой жизни. Были картины, в которых он снимался не потому, что очень этого хотел, а в силу необходимости. На роль же Ибрагима Ганнибала согласился с радостью, сразу же принял активное участие в работе над фильмом, – а в результате картина получилась и близко не похожей на ту, о которой мечтал Высоцкий.

 

 


        А начиналось всё великолепно. "В кино я сейчас приступил к съёмкам, к работе над фильмом "Арап Петра Великого", – рассказывал Высоцкий в июле 1975 г. – Значит, в основе, конечно, Пушкин, но написали сценарий Фрид и Дунский, и режиссёр – Митта. Вы его знаете, он снимал фильм "Гори, гори, моя звезда", а потом, раньше – "Друг мой Колька". Недавно снял такое кино даже как… называется "Москва – любовь моя!" Вот. Но это не самое лучшее, что он снял. А вообще, он очень интересный режиссёр. Я думаю, что это кино очень будет интересно".

 


        ""Арапа Петра Великого" я задумал сразу после фильма "Гори, гори, моя звезда", и сразу с ролью для Володи, – вспоминал режиссёр-постановщик А.Митта. – Практически фильм делался для него. Хотя меня по ходу дела прихватили французы, сказали, что в заглавной роли очень хочет сняться Гарри Белафонте, знаменитый американский певец, что вообще все чёрные спят и видят себя в этой роли.
        Я ответил: подумаю. А им даже в голову не приходило, что я могу упустить такой сказочный шанс. Они вложили деньги, как мне сказали, 1250 франков, перевели сценарий, наладили контакты... Приехали, и тут я говорю, что будет сниматься Высоцкий.
        Они отвечают, что я полный идиот. А я им объясняю, что проблема не в том, что Ибрагим чёрный, тем более, он эфиоп, а эфиопы совсем не чёрные, а смуглые. Проблема в том, что он российский интеллигент. Тогда есть и связь с Пушкиным. А если бы снимался чёрный, этот акцент просто бы не прозвучал...
        То, что Володя снимался в этой картине, полностью закрыло ей выход на мир. С точки зрения материально-коммерческой я потерял очень много – всё! Но мне даже в голову не приходило не то, что огорчаться – даже всерьёз обсуждать этот вопрос. Картина имела смысл только с Высоцким".

 

 


        Сам Высоцкий явно очень хотел показать себя в роли Ибрагима Ганнибала с самой лучшей стороны. Он даже начал подбирать оператора картины, о чём мне рассказал кинооператор Анатолий Заболоцкий, известный по фильмам "Печки-лавочки" и "Калина красная":

        "Когда Володя готовился сниматься в картине "Сказ про то, как царь Пётр арапа женил", он очень хотел, чтобы оператором был я. Я прочитал сценарий – и мне он совсем не понравился. Я Володе сказал: "Тебе нечего там делать". Он мне ответил: "Мне это сейчас очень надо". Как я понимаю, он считал, что если я буду оператором, то он фактически будет сам ставить, и покажет, что художник должен быть хозяином своей жизни. Конечно, никто бы ему этого сделать не позволил. Когда я отказался в том фильме участвовать, он так обиделся, что даже перестал со мной разговаривать".

        В итоге оператором стал другой мастер – В.Шувалов, работавший на таких известных картинах, как "12 стульев", "Экипаж" и "Интердевочка". Я расспросил Валерия Павловича о съёмках фильма и его контактах с Высоцким.

        "М.Ц. – На роль Ибрагима, кроме Высоцкого, другие актёры пробовались?
        В.Ш. – Пробовалось много актёров, я всех уже не помню. Очень хорошая проба была у Кайдановского. Я помню, что с Сашей Миттой говорил и сказал ему: "Какой прелестный актёр!" Я считаю, это лучшая проба была.
        М.Ц. – А.Митта рассказывал, что эту роль хотел сыграть Гарри Белафонте. Вы ничего об этом не знаете?
        В.Ш. – Абсолютно ничего. Это Вам надо с Александром Наумовичем говорить.
        М.Ц. – Высоцкий на своих выступлениях неоднократно говорил, что первоначальное название было "Арап Петра Великого", но позднее название изменили на то, под каким фильм и вышел в прокат. Высоцкий очень болезненно воспринял изменение названия. А почему его поменяли?
        В.Ш. – Дунский, Фрид и Саша Митта всё время вокруг названия танцевали, но по какой причине поменяли название, я не могу Вам сказать. Опять-таки – вопрос к режиссёру.
        М.Ц. – Как Высоцкий работал на съёмочной площадке? Активно предлагал что-то своё или просто выполнял указания режиссёра?
        В.Ш. – У них с Сашей был контакт. Я не помню каких-то споров, какого-то антагонизма в понимании роли. Тут понимаете, в чём дело... Вот Олег Павлович Табаков всегда входил в кадр абсолютно подготовленным, потому что у него всегда было безумно мало времени. Он давал нам 15-20 минут. – "Валера, ты готов?" – "Готов", – отвечаю. Он – уже Митте: "Так, Саша. Значит, первый вариант такой... Второй вариант такой… Третий такой... Выбрал? Так! Мотор!" – Всё снято – и он убегает, переодеваясь на ходу. Вот этот артист приезжал готовый, и всё время предлагал абсолютно конкретные вещи. А Володя снимался долго, у него же не эпизод, а главная роль, поэтому всё это он переживал медленно, объёмно. Они с Сашей нормально общались, но чтоб от Володи исходили постоянные предложения, я не помню.
        М.Ц. – Каким Вам запомнился Высоцкий в тот период?
        В.Ш. – Он был очень общительным человеком, достаточно откровенным. Мы общались много и долго, картина – это же целая жизнь. Однажды в разговоре он стал анализировать своё творчество и сказал так: "Ты знаешь, как артист я, в общем, посредственный. Не моя это профессия по натуре. Я вот прекрасный Гамлет, и не потому, что я замечательный артист, а потому, что я – Гамлет. Артистов много и сильнее меня, и профессиональнее, но Гамлета мне и играть-то нечего, это я и есть. Многие роли у меня идут за счёт того, что это попадание в моё нутро". Вот такая самооценка. А ведь у него столько спектаклей было, столько ролей в кино. Но вот так аналитически он к себе относился. Это далеко не каждый о себе так может сказать. Не часто у больших артистов такие откровения о себе вываливаются".

        Ассистенту режиссёра Наталье Эсадзе запомнилась очень активная работа Высоцкого над ролью и очень тесный контакт с режиссёром.

        "У них была настолько тесная связь с Миттой, что они работали чуть не круглосуточно, – сказала мне Наталья Николаевна. – Хотя туда приезжала Марина Влади и какой-то досуг тоже, конечно, был, но они всё время были вместе. Высоцкий в работе принимал очень активное участие. Мы их порознь практически не видели. К тому же Митта – человек энергичный и всегда требует внимания к себе, что объяснимо – он же режиссёр. При этом он очень внимательно относится к актёрам и старается принять их идеи. Работали они с Володей в полном контакте. Работа шла нормально и, я бы даже сказала, весело".

        Думается, с такой оценкой работы над фильмом согласился бы и сам Высоцкий. В период работы над картиной он говорил о ней с явной симпатией:
        "Кино это очень интересное. Написали сценарий Фрид и Дунский по мотивам пушкинских записок. Вот. Там очень интересно выписаны роли Петра, роль его… слуги моего Фильки".

 

 


        Разумеется, состоялся у меня разговор и с режиссёром-постановщиком разбираемой картины. Хотя А.Митта неоднократно и достаточно подробно в различных интервью рассказывал о работе с Высоцким, всё же некоторые вопросы у меня оставались, и Александр Наумович согласился на них ответить.

        "М.Ц. – На роль Ибрагима Вы пробовали других актёров, кроме Высоцкого?
        А.М. – У меня там была обязанность, как всегда это было в кино, провести пробы. Ну, я их провёл так формально. Сценарий-то был написан для Высоцкого.
        М.Ц. – Почему, в конце концов, было изменено название фильма?
        А.М. – Власти так захотели. Они хотели, чтоб это от Пушкина удалилось. Они опасались, что это будет восприниматься серьёзно. То, что в их силах было, они и делали. Вот название поменяли.
        М.Ц. – Песни Высоцкого, написанные для фильма, в неё не вошли. Высоцкий сам их предложил или Вы просили его написать?
        А.М. – Мы договорились, что будут песни, но снова вмешались власти и меня просто предупредили, чтобы я их не вставлял. Не было такого, чтоб я что-то просил. Вместе договаривались, вместе делали.
        М.Ц. – В одном интервью Вы сказали, как перед началом съёмок Вас атаковали французы и сказали, что роль хочет играть Белафонте. Кто были эти люди?
        А.М. – Это не люди, а один человек, я забыл его фамилию... У него была очень активная связь с Россией, он приезжал в Москву, ходил в театр "Современник". (Видимо, речь идёт о французском продюсере Алексе Московиче (Alex Moskowitz), фамилию которого А.Митта упоминал в своих интервью ранее, – М.Ц.) Он перевёл сценарий, заручился согласием Гарри Белафонте и посчитал, что дело сделано. Я отказался, и он был очень зол. Конечно, он какие-то деньги вложил в перевод и так далее, но распинался он так, будто потратил миллионы.
        М.Ц. – Высоцкий в итоге работой остался недоволен...
        А.М. – Так и я не был доволен. Не в том дело, что не удалось, а просто надо было оставить некоторые сцены, а их выбросили. Одна сцена с Володей и две без него вылетели. Я не люблю об этом говорить".

        Я не настаивал, поскольку уже знал ответ... от самого А.Митты. Хоть и не любит он рассказывать о том, как порушили его замысел по причинам, не имеющим ничего общего с кинематографом, но однажды всё-таки рассказал.

        "Это был, наверное, лучший мой фильм. Но, на моё несчастье, перед сдачей этой картины запретили уже принятый на худсовете исторический фильм Элема Климова "Агония". Чтобы подстраховаться, мой фильм было решено сокращать.
        Сначала из картины вырезали кульминацию, после чего трагикомедия превратилась в незатейливую комедию".

        Но самое бредовое было впереди. Митта отобразил исторический факт – у Петра Великого было 86 карликов, изображавших сенат. Чтобы получить доступ к Петру, надо было сначала согнуться в три погибели, наговорить карликам кучу любезностей и, взяв его на руки, как ключ к государеву сердцу, нести перед собой.

        "У меня в фильме карликов было всего восемь, – вспоминает Александр Митта, – но они постоянно присутствовали в кадре у ног персонажей. Начальству изображение того, как самые маленькие становятся самыми важными, показалось поклёпом на современность. И всех карликов велели вырезать! Из готовой картины убирали все кадры, в которых были замечены карлики. Сидел редактор и следил: "Вот карлик побежал, вот ещё один!" После такого монтажа исчезали необходимые эпизоды...
        И, наконец, цензура решила изменить даже само название. Мол, для легкомысленной комедии, каковой и стала картина, пушкинское "Арап Петра Великого" – слишком много чести. Сами же цензоры и придумали название, длинное, как забор, – "Сказ про то, как царь Пётр арапа женил"".

        Высоцкий недоумевал: "Вот сейчас только что, недавно закончил сниматься в фильме. "Арап Петра Великого" он раньше назывался, теперь почему-то по-другому. Наверное... Называется он так: "Сказ про то, как царь Пётр своего арапа женил". Может, решили, чтобы люди подумали, что это – про царя, а не про арапа. Не знаю. Вот. Во всяком случае, он называется по-другому".

        В итоге картина сменила не только название, но и настрой. "Это весёлое и красочное кинопредставление с динамичным сюжетом, музыкой, танцами рассказывает историю Ибрагима Ганнибала – арапа Петра Великого, ограничиваясь при этом лишь несколькими эпизодами его жизни: дружбой Ганнибала с государем и его любовью к Наташе, дочери боярина Ртищева. И конец у этой истории, разумеется, счастливый", – так о выходе фильма сообщал журнал "Экран".

 

 

 Высоцкий оценил конечный результат весьма негативно. "Вы знаете, это у меня особые счёты с "Арапом", потому что я собирался снимать совсем другое кино. Вот. И меня втравили в эту авантюру, сделали какую-то полуоперетту. Всё это было значительно серьёзнее и... и любопытнее". Сказано с явным раздражением, и понять это, конечно, можно: и роль покромсали (о не вошедшем в картину эпизоде с участием Высоцкого речь впереди), и песни вырезали.

        О песнях, написанных Высоцким для фильма, вспоминал один из авторов сценария Валерий Фрид:
        "Эта работа тоже принесла Высоцкому больше огорчений, чем радостей. Увлечённый мыслью сыграть "интеллигентного человека в неинтеллигентном мире", да ещё предка великого Пушкина, да ещё крестника Петра Великого, он предложил – и мы с радостью ухватились за его предложение – написать для фильма песни. Со свойственным ему азартом уже через несколько дней Высоцкий принёс в группу готовые "Разбойничью" ("Сколь веревочка не вейся...") и "Купола". Но когда стали монтировать картину, оказалось, что песни, особенно "Купола", резко выбиваются из стиля, задают высоту, до которой картина уже не могла дотянуться. И скрепя сердце, с очень большим сожалением, режиссёр решил не вставлять их в материал, хотя уже было известно, в каких именно эпизодах они должны были прозвучать. Не прозвучали..."

        Как мы уже могли заметить, сам режиссёр назвал совсем другую причину непоявления песен в картине. В другом интервью он выразился ещё резче. "Песни – их было три (на самом деле песен предлагалось две, – М.Ц.) – Володя писал мимоходом. По-моему, даже до съёмок. "Купола" предполагались на титры, потом он показал "Сколь веревочка не вейся". Но их я в фильм не включил: я не самоубийца. Даже без песен Шолохов написал кляузу, что это антинациональный фильм, и Глазунов приложился…"

        Письмо Михаила Шолохова на имя Генерального секретаря ЦК КПСС Л.Брежнева было написано через два года после премьеры – 14 марта 1978 г. В нём лауреат Нобелевской премии по литературе яростно клеймит "очернителей русской истории". "Особенно яростно, активно ведёт атаку на русскую культуру мировой сионизм как зарубежный, так и внутренний. Широко практикуется протаскивание через кино, телевидение и печать антирусских идей, порочащих нашу историю и культуру, противопоставление русского социалистическому. Симптоматично в этом смысле появление на советском экране фильма А.Митты "Как царь Пётр арапа женил", в котором открыто унижается достоинство русской нации, оплёвываются прогрессивные начинания Петра I, осмеиваются русская история и наш народ".

 


        Актёры, снимавшиеся с Высоцким в фильме А.Митты, не рассказывали в интервью о совместной работе с ним вообще ничего, либо говорили очень мало. Исполнитель роли Петра Великого народный артист РСФСР Алексей Петренко о Высоцком сказал лишь несколько слов (я, во всяком случае, ничего более не отыскал):
        "Сначала фильм, который снимали в середине 70-х, назывался "Арап Петра Великого", но затем Митта изменил название, что очень обидело Высоцкого, – рассказывает Петренко. – Из нового названия выходило, что у меня роль – главная, а у Владимира – второго плана… Я тогда только начинал как актёр, после съёмок шёл в гостиницу (дело происходило в Риге), никому не нужный, один, зубря текст и обдумывая какие-то сцены. А Владимира Семёновича каждый раз со съёмок забирала машина. Его везли выступать перед высшими чинами МВД, КГБ. Он всю ночь пел для них, а с утра – опять на съёмку. Часто я наблюдал, как он забивался в какой-нибудь уголок и что-то писал в блокнотике, – поэтический дар не отпускал его нигде". 

 

 


      

  Исполнительницу роли Наташи Ртищевой ныне народную артистку России И.Мазуркевич о контактах с Высоцким расспрашивали часто, но журналистов, в основном, интересовало, был ли у неё с Высоцким роман на съёмках. С этого и начался мой разговор с Ириной Степановной.

        "М.Ц. – Журналисты, как правило, спрашивают Вас, были ли Вы влюблены в Высоцкого, а он – в Вас. Меня же интересует, как Вам работалось с Высоцким. Запомнились ли Вам какие-то предложения Высоцкого по роли, которые потом вошли в фильм? Советовал ли он Вам что-то для Вашей роли?
        И.М. – Чтоб он мне что-то советовал, я не припомню. Я сейчас сама даю советы молодым актёрам, с которыми я работаю, так что такие вещи я наверное бы запомнила. Но этого не было. У нас была единственная проблема. Поскольку у меня была между двумя передними зубами тоненькая полосочка, мне режиссёр запрещал улыбаться в кадре, чтобы не видно было этой полоски. И вот когда он увидел уже под самый конец съёмок, как я улыбаюсь, он воскликнул: "Боже мой, какой же я был идиот!"
        Володя мне показывал песни, которые он написал для фильма, но я абсолютно в этом ничего не понимала. Он показывал мне песню "Купола в России кроют чистым золотом" и спрашивал моего мнения, но это было частным образом, а не на площадке. Я, конечно, ничего не могла посоветовать, а он потом ужасно расстроился, что в фильм эта песня не вошла.
        М.Ц. – Конечным результатом работы Высоцкий был очень недоволен. Но в процессе работы, как я понимаю, он был очень увлечён?
        И.М. – Он был ужасно увлечён! Ему ужасно хотелось это сделать. Ну а потом киноартисты, как правило, недовольны тем, что они видят, я это по себе знаю. Думаешь: "Я хотела вот так сыграть, а этого ничего не видно". У Володи на эту роль были очень большие надежды, что это получится. Он был рад, что попал в такое большое кино на такую большую роль. Я точно знаю, что он переживал оттого, что у него не было официального признания. Из магнитофонов лились его песни, но это не то признание, которое ему хотелось бы иметь. Это правда, он ужасно переживал".

        Заслуженная артистка РСФСР Ирина Печерникова в картине снялась в маленькой роли графини де Кавеньяк. О работе с Высоцким актриса рассказывала так:
        "Я, наверное, была единственным человеком в СССР, который не знал о бешеной популярности Высоцкого. Его взлёт произошёл, когда я жила за границей. Я помнила Володю со студенческих времён, когда он меня ошеломил, спев "Парус". "Надо же, – вырвалось у меня, – такой противный, а сочинил потрясающую песню". Поэтому, когда мы случайно встретились на "Мосфильме" и я спросила: "А Вы ещё чего-нибудь, кроме "Паруса", написали?", у Володи глаза сделались, как блюдца: "Ты что, ничего не слышала?!" Он сгрёб меня в охапку, повёз к себе домой в Матвеевское, и пел три часа подряд. Мозги отключились. Это было чудо, которое заполнило всё. Почему я? Почему я ему нужна? Только после того, как мы поссорились и расстались, до меня начала доходить вся идиотичность моего существования в это время. Однажды Володя пришёл к нам домой и попросил у папы разрешения умыкнуть меня на пару дней. И только в самолёте я спросила: "А куда мы летим?" – "А почему ты спросила об этом только сейчас?" – "Мне показалось, что мы падаем". Володя хохотал до конца рейса.
        Был ли он в меня влюблён? Не знаю, наверное, немножко, если это длилось несколько месяцев. Каждый день я приходила на спектакль или сидела у него дома. Володя писал "Алису в стране чудес", писал трудно, и я кожей ощущала, что я ему нужна.
        Я его обожала, даже боготворила, наверное. За то, что со своей горы Афон разглядел меня, посадил на ладошку и опустил рядом с собой на вершине. И потом такое же внезапное падение на землю. Когда очень долго пребываешь в состоянии полёта, невольно зарождается ощущение, что так не может быть. У Володи шёл какой-то свой процесс, и ему вдруг захотелось разрушить созданный им же самим волшебный мир. Почему? Не знаю. Я и Володю не знаю, со мной он и разговаривал иначе. И вёл себя как фокусник со шляпой и кроликом. Может, я казалась ему похожей на Алису из страны чудес. Не знаю. Я всегда была дитя иллюзий. И до сих пор готова поверить в чудо…
        Должна была прилететь Марина Влади. Я так обрадовалась: "Господи, как хорошо!" Но Володя стал каким-то другим, и отношений ему захотелось других. Я спросила: "Ты любишь Марину?" – "Люблю". И всё. Наше Зазеркалье мгновенно разлетелось на мелкие стёклышки. И я вместе с ним. Володю это жутко разозлило. В первый раз я его увидела таким. Он всё время был щедрый, талантливый, не человек – Бог. Всё это было безумно страшно, больно, и я исчезла.
        Потом мы встретились на съёмках "Сказ о том, как царь Пётр арапа женил". У меня опять был перелом ноги со смещением. Это просто беда какая-то, я всё время ломала ноги на съёмках. Целый месяц искали другую актрису, но мои костюмы, как золушкин башмачок, ни на кого не налезали. В конце концов, режиссёр фильма Митта приехал ко мне: "Ира, сможешь сниматься?" – "Сниматься-то я могу, боль уже отпустила, но мы же там бегаем по лестницам, а я еле-еле на одной ноге стою?" – "Ничего, Владимир Семёнович на руках будет носить". – "А вы его спросили?" – "Это наши дела". Мы снова встретились с Володей. Он носил меня на руках с гипсовой ногой и молчал. А вот сцена безумной страсти в постели у нас никак не получалась. Мы довели бедного режиссёра до белого каления: "Вы уже семь дублей запороли!" Тогда мы что-то сыграли. Но так и не заговорили". 

 



        О том, какая именно сцена с участием Высоцкого была вырезана, рассказал высоцковеду Льву Черняку исполнитель роли шута Балакирева народный артист СССР Михаил Глузский. По сценарию после того как Ибрагим попадает в опалу, он приходит в дом царского шута в поисках покровительства.

        "М.Г. – И вот была сцена, в которой он застал совершенно другого шута. Не шута, а так... во всяком случае, вельможу, который сидел у себя дома и который ему объяснял, для чего существуют дураки при дворах... что только глупые люди или прикрывающиеся глупостью люди могут высказывать правду и суть того, что происходит в жизни... И что он, если бы он стал за него, так сказать, протежировать, то он был бы полным дураком! Потому что его бы выгнали бы тоже с того места, которое он занимает при дворе – роль дурака. Вот. И это было вырезано из картины.
        Л.Ч. – А кто ещё был в кадре в этой сцене?
        М.Г. – Мы были вдвоём.
        Л.Ч. – Только вдвоём, да?
        М.Г. – Это парная была сцена, потому что... Ну, была челядь, которая там при дворе находилась... Это, в общем, двор шута Балакирева. Он пришёл к нему, в его маленькое царство. Вот. Царство человека, который на людях дурак, а у себя в доме – маленький царёк, маленький вельможа". 

        Работавший на фильме фотограф Игорь Гневашев о причинах исключения из картины сцены Глузского и Высоцкого сказал мне так:
        "Михаил Глузский в той картине играл роль шута Балакирева. И так играл, что если бы так всё продолжалось, то снял бы Митта фильм не про арапа, а про шута. Играл потрясающе! Он нашёл какие-то шутки того времени, всякие приколы, которые Балакирев делал. Но Володя начал втихаря возражать, он видел, что Глузский его переигрывает. Там не увидеть этого было нельзя, Глузский был на голову выше... Высоцкий начал нажимать на Митту, на которого вдобавок и начальство давило, потому что там были в речах шута всякие намёки на современность. В результате роль Глузского сильно покромсали – не без участия Володи". 

        Как мы видели, сам М.Глузский об этом не говорил. Другие участники работы над фильмом, которых я напрямую спрашивал об этом эпизоде, тоже не могли припомнить желания Высоцкого вырезать из картины сцену арапа и шута.

        Разумеется, как и всегда на съёмках, была не только работа, но и развлечения. А.Петренко упомянул об этом вскользь и с чьих-то слов, поскольку сам он в развлечениях участия не принимал. Гораздо более подробно знаком с этим вопросом главный художник картины Игорь Лемешев, который с удовольствием поделился со мной своими воспоминаниями.

        "В Юрмале, где снимался фильм, мы с Высоцким очень подружились. Приезжала туда и Марина Влади с одним из своих сыновей. Мы проводили время вместе, гуляли. Общение было очень хорошим.
        Сблизились мы очень естественным образом. Володе очень нравились мои декорации на этом фильме, он об этом часто говорил. А мне нравилось, как работает он – с большой отдачей, и в этом фильме сниматься ему нравилось, он на него возлагал большие надежды, так что симпатии наши были обоюдные.
        Из интересных деталей запомнилось мне, как я носил костюм Высоцкого. Перед нашей картиной на "Ленфильме" снимался фильм "Гойя", оттуда мы взяли много костюмов. Сюртучок, в котором снимался Высоцкий, был настолько новый, что Митта попросил меня немножко в нём походить, поскольку у нас с Высоцким были похожие комплекции. Я и расхаживал в нём по улицам Дзинтари (Дзинтари – часть Юрмалы, – М.Ц.).
        Местное партийное руководство постоянно устраивало банкеты для Высоцкого и Влади. Ну, заодно и часть группы там была – главный оператор, главный художник, ещё несколько человек. Высоцкий же был очень популярен. У партийного начальства, – а, в основном, это были русские, – постоянно песни Высоцкого с магнитофонов звучали. Однажды мы приехали в шикарную закрытую сауну, сделанную для местной элиты, а там стоял магнитофон, и Володя слушал сам себя на плёнке. В конце концов, он попросил это выключить.
        Потом, когда Володя увидел, что местные начальники не против, он устроил банкет для всей группы – для осветителей, механиков, монтажников. Это его собственная инициатива была, он подумал о людях, с которыми работал".

 

        Артист Семён Морозов, исполнитель роли Михайла Говорова, о своих контактах с Высоцким рассказал однажды в телепередаче "Рождённые в СССР" – очень подробно и с огромной долей сожаления от того, что доброе отношение Высоцкого к себе он упустил.

        "С.М. – У нас с Володей отношения были, в общем-то, служебные. Скажу больше, скажу подробнее, почему они стали служебными. Однажды он ко мне, в общем-то, проявлял какой-то интерес. Я не считаю себя для такого человека интересной личностью. Тем более, что я был молод, очень влюбчив, постоянно думал о противоположном поле и учился уже тогда на режиссёрском факультете. Однажды мне Владимир Семёнович даже сказал: "Ну чего, Говоров, – он меня всегда Говоровым называл, – снимать-то будешь, когда станешь режиссёром?" – "Конечно, буду", – говорю. – "Ладно врать-то".
        И однажды в два часа ночи мы снимали большую сцену танцев в чреве только что построенного корабля. Это было на площадке на "Мосфильме" и нам предоставляли время только ночью. Мы закончили в три часа ночи, там ещё продолжалась съёмка, но он был свободен и я. Мне говорят: "Не на чем тебя везти". Я говорю: "Да тут пятнадцать километров пешком. Подумаешь!" Ну, в общем, шутки такие. И Высоцкий говорит: "Тебя куда? Ну, давай, поехали".
        И он мне начал рассказывать, в общем-то, про свои проблемы, а я ехал... Ну, сейчас уже можно признаться, я ехал как раз к предмету своей страсти. Как раз созвонился, это было ночью. В общем, я об этом думал... Я сейчас об этом говорю, потому что мне стыдно, когда я это вспоминаю. А мне он рассказывал, как он задыхается без денег. Говорит: "Мне нужна определённая сумма. Если этой суммы я не нарабатываю, то я задыхаюсь, я не могу концы с концами свести". И дети, и жена, и как трудно с выступлениями. Рассказал, как его вызвали однажды и два часа просто держали в приёмной. Говорит: "Мимо меня ходили люди, а мне сказали: "Сидите"".
        И вот он об этом обо всём рассказывает, а я смотрю, как бы мне не пропустить переулок, где остановиться. Потом он мне начал рассказывать о Марине... То есть, в общем-то, теперь я бы, наверное, застрелился лучше, чем прервал бы его. Но это сейчас, когда я уже в возрасте и всё соображаю. А тогда я думал только: "Вот сейчас я свою Наташеньку..." И, наконец, я сказал: "Вот здесь! Всё, всё!" Он даже не понял – что всё? Я говорю: "Всё, Володя, я приехал. Спасибо, дорогой!" По-моему, я даже не сказал ему спасибо... Вот если говорить, что кто-то кается со временем в чём-то – я очень каюсь, потому что ведь поразительно интересный человек, личность, с которым бы общаться и радоваться. Ну... Сослагательного-то наклонения в истории нет.
        После этого он очень холодно стал ко мне относиться. Ну, то есть, никаких видимых проявлений не было – он был воспитанный человек и деликатный: "Здравствуй, Семён. Как дела?"
        Ведущий – Ну, то, что Вы положили глаз на Марину Влади...
        С.М. – Нет, это было не так. Для людей, кто не знает, я могу рассказать. Это Юрмала, это отель, это четвёртый этаж. Я выхожу из своего номера и вижу потрясающую блондинку. Она выходит из номера, закрывает за собой дверь и тоже идёт к лифту. Пол-лица закрыты очками. Я за ней. Я не скажу, что я Ален Делон, но тогда на меня реагировали иногда девочки. А тут не девочка, а зрелая в расцвете красоты женщина. Я, значит, на неё смотрю. Она засмеялась – в общем, я это понял, что это, вроде, как поощрение. Я говорю: "Здравствуйте. Вы, по-моему, на пляж?" Она, вроде, смотрит на меня с удовольствием. Я думал, что это, типа, приглашение к продолжению. Типа, будь дерзок и настойчив.
        А она хохочет в голос. А четвёртый этаж – ну сколько там ехать-то? Открывается дверь – стоит Володя Высоцкий, а она хохочет, а я ещё так придержал за ручку. И он, когда это увидел, сказал: "Морозов! Ну ты совсем охамел. Мало того, что ты у меня в фильме отбивать пытаешься жену, так ты и здесь к моей жене клеишься". Я не узнал Марину Влади! Так и остался я застывшим с открытым ртом".

 


      

  В разбираемом фильме Высоцкий выступил в двух новых для зрителей ипостасях. Никогда ранее – и никогда после этой картины – Высоцкий не появлялся на экране в роли исполнителя бальных танцев и фехтовальщика. Балетмейстером фильма был известный театральный режиссёр и хореограф Ю.Шерлинг. Я попросил Юрия Борисовича рассказать, каким запомнился ему Высоцкий в таком необычном для себя качестве.

        "М.Ц. – Какое впечатление произвёл на Вас Высоцкий с точки зрения владения телом и способности танцевать?
        Ю.Ш. – На этот вопрос ответить очень легко. На самом деле Володя был экстраординарным человеком. В данном случае я говорю не о его песенном творчестве или творчестве поэта, а именно о нём как об актёре. Он был удивительным человеком. В нём, как по каталогу, собралось всё. Через его физиологию какая-то неубывающая сила била сквозь него, а это, естественно, уже своими импульсами передавалось его конечностям.
        Пластика у него была удивительная и неординарная. Она не имела никакого отношения к хореографии. Говорить о том, что он был профессиональный танцовщик, конечно, не приходится, но когда музыка проникала в его сознание, то его пластика становилась очень оригинальной, и уже дело было хореографа, как это предъявить для того, чтобы не засовывать его в какой-то шаблон, а, наоборот, увеличить его неординарность".

 

        Постановщиком фехтовальных трюков в картине был знаменитый советский саблист, Заслуженный мастер спорта и Заслуженный тренер СССР Давид Тышлер. О своих контактах с Высоцким Давид Абрамович писал неоднократно. Я процитирую отрывок из его воспоминаний по самому раннему из известных мне источников.

        "Владимиру Высоцкому в роли арапа пришлось вести бой не только с толпой вооружённых чем попало слуг вельможи. Эпизод заканчивался его поединком на шпагах с хозяином дома – графом, роль которого исполнял хорошо фехтующий актёр из театра им. Ермоловой Юрий Комаров.
        Когда мы с актёрами начали прогон схемы боя, Высоцкий вдруг перехватил свою шпагу поудобнее – ать-два – и на меня.
        Я чуть попятился. "Что Вы, что Вы! Здесь же неудобно, давайте отойдём в сторонку..."
        ...А он всё наскакивает, совершенно неожиданно действует оружием, и я вижу – уверен, что они с Комаровым всё сделают и так, без дополнительной отработки. Кое-как увёл его в уголок и думаю: "Что-то надо предпринять! Основами фехтования оба, конечно, владеют, но ведь надо же отшлифовать схему и – главное – добиться, чтобы актёры от неё не отступали. Импровизированного боя допустить нельзя – они могут поранить друг друга". 

        Как ни горяч был Высоцкий, но голос разума в нём был силён. Достаточно быстро он убедился в справедливости слов известного тренера, согласно сценарию отфехтовал в кадре со слугами и точно по заранее обговорённой схеме "проткнул" графа шпагой.


        В книге Д.Тышлера "Вашу саблю, маэстро!" (Москва, 2004 г.) опубликована фотография, на которой Высоцкий снят вместе с фехтовальщиками. В самом центре рядом с Высоцким стоит Татьяна Колчанова, мастер спорта по фехтованию, в дальнейшем – спортивный журналист. Встречи с Высоцким запомнились Татьяне Ивановне на всю жизнь.

        "Я тренировалась у Давида Абрамовича Тышлера, который в те времена часто ставил сцены единоборств в московских театрах. Его пригласил Александр Митта, чтобы он в начале фильма поставил сцену, когда все слуги графа бегают за арапом, пытаются его убить, а потом он дерётся на дуэли с графом.
        Были приглашены, кажется, двенадцать фехтовальщиков, которые участвовали в этой драке. Тышлер взял меня на съёмки, потому что я уже имела небольшой опыт постановки дуэлей, – чтобы я училась.
        Потом Митта меня увидел: "А барышня тоже фехтует? Давайте тогда барышню тоже". Меня одели в платье и чепчик, и я должна была тоже принимать участие в драке с каким-то опахалом в руках. Поначалу Высоцкого не было, он лежал в больнице, а мы снимали с дублёром. Потом был перерыв в съёмках, оставалось где-то два съёмочных дня. Я иду по коридору "Мосфильма", встречаю Высоцкого, уже загримированного. Ну, моя же героиня – француженка. Я делаю реверанс, говорю: "Бонжур, месье". Он застёгивает камзол: "Пардон, мадам, я не застёгнут". В общем, подыграл мне.
        Во время съёмок было несколько смешных моментов, потому что он – с натуральной шпагой, а я – с таким опахалом. Мы бегали по всяким лестницам, а Митта кричал: "Понатуральнее! Поближе!" Ну, мы в очередной раз сыграли понатуральнее, и я ему это опахало сунула в лицо, а он меня чуть не поранил шпагой. Наорали друг на друга – вот так и началось знакомство. Потом он приглашал меня в театр, я посмотрела абсолютно все спектакли с его участием. На сцене он хулиганил иногда. Если это была "Жизнь Галилея", то он на "бис" всякие спортивные трюки исполнял. А то мог исполнить монолог Гамлета, стоя на коленях.
        Так случилось, что после съёмок я поехала на Всесоюзную универсиаду в Тбилиси. Я очень побаивалась там выступать, потому что там вечно кого-то засуживали, кого-то тянули. В общем, было неприятно. Давид Абрамович говорит: "Не волнуйся, у тебя будет группа поддержки". До финала я никакой поддержки не ощущала, и вдруг на финале сверху на балконе появились какие-то люди и начали безумно орать: "Таня! Таня! Давай!" Оказалось, это грузинские актёры. Им позвонил Высоцкий и попросил, чтобы они меня поддержали. Я в итоге выиграла, они нас с Давидом Абрамовичем увезли в горы, закатили какой-то сумасшедший банкет, показывали город.
        После съёмок фильма Высоцкий написал песню "Пир фехтовальщиков". На банкет собираются одни фехтовальщики и после какой-то ссоры они начинают фехтовать на куриных ножках, швыряют бокалы. Высоцкий писал это на каких-то бумажках, и песня эта не сохранилась. Это очень жаль, потому что была очень смешной.
        Возвращаясь к фильму, расскажу ещё один случай. Как я уже сказала, в съёмках эпизода драки Высоцкий принимал участие только в последние дни. Когда он появился, то переснимали те моменты, которые снимали с дублёром, потому что Высоцкий сказал, что он будет делать всё сам. Бой с графом должен был быть сугубо постановочный: когда необученные люди с острой шпагой, то может быть беда. Тышлер придумал схему боя и с ним отрабатывал, но Высоцкий всё равно заводился и черканул Давида Абрамовича по губам шпагой, и рассёк губу. Тышлер тоже человек эмоциональный, швырнул шпагу и сказал: "Пошёл ты к чёрту! Иди вон с Танькой занимайся". И я ему отомстила. Когда мы поменялись шпагами, и он оказался с тренировочной, а я – с настоящей, я ему рассекла губу в том же месте. Вот такая у нас была дружба..."

 

 

        На киноплёнке сохранилась запись рассказа Высоцкого о его работе над ролью арапа Петра Великого.
        "Я совсем, когда работал, не держал в уме, что этот жанр, такой, острой ли комедии, или лирической комедии. Нет, мы просто пытались играть ситуацию, в каку… в которую попал этот человек, а она, в общем-то, не очень весёлая. Там вокруг очень много комедийных персонажей, очень много комедийных ситуаций, шуточных, очень много ярких сцен, а с этим-то человеком происходит довольно трагическая история – это история его падения за то, что он не согласился с царём по поводу того, что его хотели оженить, как это принято говорить, а у него есть свои принципы, он отказался и твёрд до самого конца. Хотя, в общем, отказывает по форме довольно мягко, не кричит, не впадает в истерику, но, в общем, от принципов своих он не отказывается до самого конца. И даже в конце картины, когда всё-таки получилось по царёву, что ли, если так можно сказать – что всё-таки он женился на этой девушке, которую он по-настоящему любит, но сделал он это, потому что увидел, что она тоже имеет ответные чувства к нему, а вовсе не потому, что он себе изменил. И он даже об этом говорит: "Я своим мыслям о жизни остался верен до самого конца".
        Вот спрашивают меня, есть ли какая-то разница между тем, что я делал раньше, и что я делал в этой роли? Может быть, по форме, наверно, есть разница, потому что я в этом фильме более сдержан, почти никогда не даю воли нервам своим на экране, что ли, не выплёскиваюсь особенно сильно, что я делал раньше в других картинах и на сцене.
        Ну, я думаю, не имеет смысла рассказывать, о чём я думал... вернее, о чём мы думали с режиссёром перед тем, как начать работу над фильмом, потому что пусть это при мне останется. А то о чём мы думали – это будет видно на экране, и зритель сам увидит, о чём мы думали. Ну, тут уже вопрос в том, получилось ли всё, как мы предполагали, или нет. Думаю, что наверно нет, не всё получилось]".

 

 


        Конечно, Высоцкий очень рассчитывал на этот фильм, поскольку в сценарии он виделся совсем не так, каким, в конце концов, вышел на экраны. Но – жизнь продолжалась. Три года спустя, отвечая на вопрос зрителя, Высоцкий сказал:
        ""Как вы относитесь к своей роли арапа Петра Великого?" Никак, честно говоря, потому что я уже так отболел тем, что не смог сделать, к сожалению, то, что хотел".


Марк Цыбульский (США)
(Copyright © 2014)

 

 

 

 

    91267902
Комментарии (6)
1
#878440

Песни Высоцкого, написанные для фильма "Сказ про то, как царь Петр арапа женил", но в фильме так и не прозвучавшие:

 

 

1
#878441

1
#878447

1
#878468

Ну что тут сказать Иринке

Очень Большое Спасибо!!  

 

 

 

 

 

А картинки не отправляются....позже попробую еще раз.

1
#878510

Ирина, большое спасибо

1
#878665

Татьяна и Вероника! Спасибо вам огромное за ваше внимание к моим постам!

Я всегда вам рада! 

Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.